• Регистрация


GR-Академия – это продюсерский центр в области коммуникаций, основными контрагентами и клиентами которого являются представители бизнес-сообщества и органов государственной власти.  Хотим мы того или нет, нашим миром правят проекты. Продюсирование – один из самых важных этапов выхода проекта на рынок или способ реализации проекта. Если говорить просто, то это процесс, сопряженный с наличием, поиском или созданием идеи, привлечением ресурсов и дальнейшей эффективной реализацией. 

Михаил Яковлевич ЕВРАЕВ

Начальник Управления Федеральной антимонопольной службы РФ по контролю за размещением государственного заказа.

Учитывая актуальность темы для отрасли, «УК» обратился за разъяснениями по новым формам работы в системе государственного заказа, а также перспективам развития государственных закупок  к начальнику Управления Федеральной антимонопольной службы по контролю за  размещением государственного заказа Михаилу Евраеву.


Минэкономразвития и ФАС осуществили отбор электронных площадок, на которых с 01.01.2010 осуществляется проведение электронных аукционов. Ожидается ли дальнейшее увеличение количества операторов? По каким признакам осуществлялся этот отбор? Что касается остальных площадок, то прекратят ли они свое существование?

Указанные площадки были определены на пять лет путем проведения отбора, итоги которого утвердила комиссия Правительства Российской Федерации по административной реформе под руководством С.С. Собянина.  
Эти площадки не региональные, а общероссийские, на них могут работать все федеральные заказчики, а с начала лета 2010 года – и все заказчики регионов и муниципальных образований. Обычные аукционы, которые существуют сегодня, скоро уйдут в прошлое, на смену им придут электронные.
Ключевая задача реформы при переходе к электронным аукционам – это введение режима конфиденциальности и анонимности участия в аукционах, именно поэтому мы предъявляем очень высокие требования к площадкам. Это не только ответственность, которую они будут нести в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях (КоАП). В первую очередь, это те технологические требования, которые предъявляются к программному обеспечению, информационной безопасности, чтобы исключить возможность манипулирования аукционами, в т.ч. со стороны площадок, в связи с чем все происходящее на электронной площадке должно параллельно отражаться у третьего лица. Таким образом, рассмотрение жалоб на действия площадки будет основываться не только на информации от нее самой, но и так же от третьей стороны, которая будет фиксировать в постоянном режиме действия площадки и всех участников электронного аукциона. 
При этом крайне важно, чтобы площадки были надежными, а проводимые торги – прозрачными. Именно это и лежит в основе определения требований к площадкам со стороны ФАС и Минэкономразвития.
Понятна острота проблемы по поводу электронных площадок. Но при этом совершенно определенно могу сказать, что количество площадок должно быть жестко ограничено. Мы должны сами себе ответить на один вопрос: какую страну мы строим? Страну с единым экономическим пространством? Или у нас удельные княжества, и каждое муниципальное образование, каждый регион будет организовывать свои «домашние» торги? Мне кажется, что ответ на этот вопрос уже был дан неоднократно, в том числе руководством страны.
Также понятно, что это вопрос и определенного бизнеса тех, кто делает и продает электронные площадки.
             Возможно, изначально, еще в 2006 году,  нужно было четко прописать, что у нас будет пять площадок, с тем, чтобы все понимали, куда мы идем. Но все хорошие мысли приходят в свое время, и очень многое зависит от того, как складывается практика, как развивается реформа размещения государственного муниципального заказа у нас в стране.

Что касается существующих региональных площадок, то они могут быть использованы как информационные мониторы (не сервера) электронных аукционов, проходящих на данной территории, как пункты предоставления предпринимателям ЭЦП и возможности их участия в электронных аукционах.
    Когда-то вместо компьютеров использовали счеты, а вместо сайтов – газеты. Но страна сделала шаг вперед и отказалась от газет и от счет, хотя их в свое время тоже покупали за деньги. Такая же ситуация и с технологически неразвитыми площадками регионов – страна переходит на централизованные и контролируемые электронные аукционы (в госзаказе создается единое экономическое пространство, не поддающееся региональному административному влиянию). 
Региональные площадки стоили относительно небольших денег в связи с отсутствием требований к их технологической безопасности, возможности манипулирования электронными аукционами, низким уровнем нагрузки и т.д. При этом данные площадки во многих регионах уже давно окупились, и поэтому переход на централизованную схему проведения электронных аукционов  изначально не представляет финансовых потерь для регионов.

Сколько будет стоить участие в аукционе? Кто за это будет платить?

Ограниченное число площадок позволяет сосредоточить на них большое количество участников (предпринимателей), что минимизирует стоимость проведения электронных аукционов – она будет составлять не более 3 тыс. руб. При этом данная плата будет взиматься исключительно с победителя аукциона, когда он уже будет твердо знать, что получит прибыль по контракту. Для предпринимателей и заказчиков участие в аукционе бесплатное. 
    Качество работы площадок во многом будет определять конкуренция между ними, поскольку заказчики не будут привязаны к одной из площадок, а смогут самостоятельно выбирать, на какой площадке им работать. Стоимость участия в аукционе (3 тыс. руб.) не зависит от того, крупный заказ или мелкий, т.к. это не отражается на себестоимости работы площадки. В то же время каждая площадка становится заинтересованной в привлечении максимального количества заказчиков для получения валовой прибыли, а, следовательно, в работе с каждым заказчиком вне зависимости от того, крупный он или мелкий. При этом в случае, если на электронный аукцион никто не пришел или пришла только одна компания, площадка денег не получает. Поэтому площадки будут заинтересованы и в предпринимателях, и в проведении действительно конкурентных электронных аукционов.  
Примерно через 1,5 года при выходе площадок на определенные в условиях отбора обороты максимальная плата вначале будет снижена до 2 тыс. рублей, а потом и вовсе исключена. Это означает, что электронные аукционы в России будут полностью бесплатны для всех!
    Площадки будут жить на те деньги, которые им будут платить банки за то, что будут размещать на своих счетах средства предпринимателей в обеспечение их заявок на электронных аукционах. Другими словами, банки будут платить за те пассивы, которые они получают в любом случае в виде счетов площадок. Но получат они их не бесплатно, а за деньги, позволяющие сделать бесплатными проведение всех электронных аукционов в нашей стране. 
В то же время у площадок сохранится мотивация в привлечении и заказчиков, и предпринимателей, поскольку доход площадок будет напрямую зависеть от аккумулированных ими средств.

Где можно будет получить электронную цифровую подпись? Будет ли она унифицирована для всех площадок?

На ограниченном количестве электронных площадок возможно использование единой системы ЭЦП. Предпринимателю достаточно будет получить ее всего один раз, чтобы иметь возможность участвовать в любых электронных аукционах на любой из пяти площадок. Но такая унификация произойдет только к началу лета этого года. Пока предпринимателям для работы на той или иной площадке необходимо получать ЭЦП удостоверяющего центра, аккредитованного на этой площадке.
На сегодняшний день у заказчиков остаются следующие варианты закупок: по счетам до 100 тыс. рублей один раз в квартал, котировки до 500 тыс. рублей один раз в квартал, электронный аукцион – неограниченное количество раз по любым суммам, кое-где конкурсы и закупки напрямую у единственных поставщиков. Стоит ли ожидать изменений? Что будет с котировками, изменятся ли пределы по суммам?
    С 1 января 2010 года федеральные заказчики будут обязаны проводить электронные аукционы по определенному перечню товаров, работ и услуг (в том числе и  по полиграфической и печатной продукции). С 1 июля 2010 года федеральные заказчики вместо обычных аукционов будут обязаны проводить исключительно электронные абсолютно по всем группам товаров и услуг. Таким образом, уже через полгода обычные аукционы для федеральных заказчиков полностью «умрут».
Что касается региональных и муниципальных заказчиков, то для них размещение заказов на аукционах в электронной форме станет обязательным с 1 января 2011 года. В настоящее время соответствующие поправки в 94-ФЗ уже приняты.
    Что касается запроса котировок, то это не является конкурентной процедурой, и ее планируется полностью заменить на короткий (по сроку проведения – 7 дней) электронный аукцион ориентировочно во второй половине 2011 года. Размещать заказы на таком коротком аукционе можно на сумму не до 500 тыс. руб., как на запросе котировок, а до 3 млн руб. При этом у федеральных заказчиков такая возможность есть уже сегодня.
    Таким образом, в результате у нас останется обычный электронный аукцион, короткий электронный аукцион, конкурс, а так же размещение заказа у единственного поставщика в определенных законом случаях.
Расскажите,  пожалуйста,  об особенностях документооборота при проведении электронного аукциона?
Заявка участника делится на две части. Первая часть – информация о товаре, работе или услуге. Вторая часть – информация о самом участнике. Вначале заказчик осуществляет допуск участников по первой части, не зная, от кого она поступила. Потом проходит электронный аукцион. И только после этого заказчик узнает, кто в нем принимал участие.
    На мой взгляд, электронные аукционы являются хорошим лекарством от сговора. Они позволят уйти от этой проблемы, так как в первую очередь обеспечивается анонимность участников на торгах. Ни участники не знают друг друга, ни заказчики не знают участников. И только после того, как аукцион уже проведен, заказчик осуществляет процедуры допуска, смотрит, соответствует ли победитель тем условиям, которые изначально были установлены заказчиком в соответствии с законом. На обычных торгах большая редкость, когда удается доказать факт сговора. При обсуждении этой проблемы в ФАС мы пришли к выводу, что неэффективно бегать и ловить каждого за сговор, нужно изменить саму систему, чтобы сговор стал принципиально невозможен.

Насколько я понимаю, документооборот должен быть унифицирован и максимально прост. Например, для книготорговцев (наша деятельность не лицензируется, а сертификаты предоставляются в момент поставки),  во второй части документов он сводится только к фирменному названию и одобрению крупной сделки. И как в такой ситуации заказчик может себя обезопасить?
Важнейшим направлением реформы, помимо перехода на электронные аукционы, является повышение качества выполнения государственных контрактов. С 23 августа 2009 года вступили в силу поправки, согласно которым на новых электронных аукционах страхование ответственности как форма обеспечения обязательств предпринимателей по контракту применяться не может. Очень часто при обращении заказчиков страховые компании отказывали им в выплатах как на основании собственных правил, так и пользуясь несовершенством действующего страхового законодательства. В результате страхование превратилось в фикцию. Поэтому на электронных аукционах страхование ответственности применяться не будет. 
    В то же время, введена новая форма обеспечения ответственности по контракту – это поручительство крупных юридических лиц, у которых собственные средства (третий раздел баланса  «Капиталы и резервы») составляют не менее 300 млн руб. Такие юридические лица смогут давать обеспечение в размере не более 10% от стоимости собственных средств. Соответственно, чем больше объем собственных средств, тем более крупный контракт компания может гарантировать. Мы считаем, что это будет хорошее подспорье для предпринимателей в предоставлении финансового обеспечения заказчикам.
    Также у заказчиков появилось право устанавливать в требованиях торгов, на что распространяется финансовое обеспечение, которое представляет предприниматель (не от кого оно должно быть получено, а какие риски, убытки заказчиков обеспечение покрывает). 
    Эти меры должны серьезно изменить ситуацию, в результате чего на госзаказе должны остаться только надежные компании. При этом, конечно, многое зависит и от заказчика, в т.ч. от того, насколько квалифицированно он установил требования по качеству к товару, работе или услуге. 

Подобная система закупок, как Вы и говорили, в дальнейшем должна привести к  сокращению участников государственного заказа.  Условия, которые прописывает заказчик, требование обеспечения заявки и контракта (а сейчас, после отмены страхового обеспечения, фактически это только денежные средства), оплата по факту поставки всей продукции приведут к уходу с рынка представителей малого и среднего бизнеса – добросовестных и качественных участников, однако не способных «кредитовать» таким образом государственных заказчиков. Будут ли предприняты меры по содействию и поддержке малого бизнеса?
На самом деле, именно при авансировании происходит «кредитование» предпринимателей. А оплата по факту поставленных товаров – это не «кредитование» заказчиков, а нормальная практика работы в корпоративном секторе. При этом подавляющее число предпринимателей готовы работать без авансов, и это нормально. Хотя, понятно, что если собрать в зале предпринимателей и спросить, хотят ли они получить деньги сразу или лучше потом, все скажут, что сразу. И странно было бы ожидать другой ответ. Но это не значит, что это правильно. Отсутствие авансов повышает качество госконтрактов, поскольку приходят значительно более устойчивые и ответственные компании.  
Также хотелось бы обратить внимание, что приход предпринимателей на госзаказ – это дело совершенно добровольное. Никто никого не заставляет. Если предпринимателю не нравится условия контракта, то у него есть два варианта. Первый – в случае если он считает, что документация ограничивает конкуренцию (например, «заточена» под конкретную компанию, или сроки работ изначально нереальные) – он может обратиться в ФАС с жалобой на документацию. При признании жалобы обоснованной заказчику придется ее менять. Второй – проголосовать «ногами» и не подать заявку на торги.
    В то же время у субъектов федерации и у муниципальных образований есть возможность через отобранные банки, через специальные фонды поддержки, в том числе малого предпринимательства, предоставлять компаниям финансовое обеспечение для участия в госзаказе. Естественно, принимая за такую компанию все финансовые риски. Это дополнительная возможность увеличения доступа предпринимателей к госзаказу. Кроме того, важно обратить внимание, что с 23 августа вступил в силу еще один закон – №160-ФЗ. Он вводит изменения в Кодекс об административных правонарушениях, по которому становятся более справедливыми прежние составы и вводятся дополнительные составы за нарушения в сфере госзаказа. Например, за несоблюдение заказчиком нормы по проведению специальных торгов для субъектов малого предпринимательства не менее 10 и не более 20% от годового объема госзаказа по номенклатуре для СМП установлен штраф в размере 50 тыс. руб. для должностного лица, ответственного за размещение заказа. По итогам 2009 г. ФАС организовывает проверку заказчиков, причем на всех уровнях власти – федеральном, региональном и местном – на предмет соблюдения данной нормы (проведения спецторгов для малого предпринимательства). 

Предусмотрены ли этим законом другие штрафные санкции?

Введен штраф за несвоевременный возврат обеспечения предпринимателям – сейчас весьма распространены такие случаи, поэтому предусмотрен штраф до 15 тыс. руб. для должностных лиц. Введены также специальные составы для электронных площадок – за несоблюдение режима конфиденциальности предусмотрен штраф в размере 250 тыс. руб. для электронной площадки (юридического лица).
Также введены специальные штрафы для второй стороны контракта, юридических лиц – тех, кто выиграл торги, заключил контракт, а потом произошло незаконное изменение условий контракта. Например, было заключено дополнительное соглашение, и в результате цена стала выше. Так вот, штраф будет не только для должностного лица, которое подписало дополнительное соглашение, как это было ранее, но и для юридического лица, исполнителя по контракту. Причем в случае, если были дополнительно израсходованы бюджетные средства, штраф установлен в двойном размере от них. Например, первоначальная цена контракта была 100 млн руб., а в результате допсоглашения она увеличилась на 50 млн руб. Значит, штраф составит 50 млн руб. * 2 = 100 млн руб. Думаю, что это серьезно мотивирует поставщиков не провоцировать должностных лиц на заключение таких допсоглашений.
Многие штрафы стали более справедливыми, например, установлена процентная зависимость от стоимости контракта – по небольшим контрактам – небольшие штрафы, по большим – пропорционально больше, но не выше ранее установленных. Таким образом, мы провели своеобразную реформу Кодекса об административных правонарушениях в части госзаказа.

С 2006 года были конкурсы, потом аукционы. На книжном рынке, при комплектовании библиотечных фондов идет «торговля» результатом интеллектуального труда часто штучного, который очень сложно определить по наименьшей цене. Насколько мне известно, ни в одной стране в подобных отраслях аукционы не устраивают. Как результат – страдает качество. На практике такие «дешевые закупки» уже дают о себе знать: существенно упало качество библиотечных фондов, страдает оперативность их пополнения, в ряде случаев срывается учебный процесс. Как быть с этим?    
   
Очень часто приходится слышать об одном из тех многочисленных мифов, которые, к сожалению, присутствуют в сфере государственных и муниципальных заказов. Это миф о том, что при аукционе заказчик покупает «дешевый и плохой товар». Это совсем не так. Заказчик покупает такой товар, который он сам обозначил в документации торгов. Если заказчик поленился или не смог установить необходимые ему качественные и функциональные требования к товару, работе, услуге, то жаловаться он должен не на закон, а только на себя, т.е. на тех своих сотрудников, которые не смогли это сделать. Ситуация эта распространенная и связана с тем, что по ранее действующему законодательству в сфере размещения государственного и муниципального заказа у заказчика была такая свобода действий в выборе поставщика, при которой просто не было необходимости утруждать себя детализированным формированием таких требований. Теперь ситуация изменилась и заказчикам, если они хотят получать качественные товары, работы, услуги, необходимо этому уделять большое внимание. 
    Если же заказчик не может сформировать требования к тому, что он хочет приобрести, то ему просто не надо идти на торги, поскольку он к этому еще не готов. 

    Другое дело, что не всегда можно руководствоваться ценой как единственным критерием определения победителя. Именно поэтому далеко не все товары, работы, услуги выставляются на аукцион. Аукцион – наиболее оптимальная форма с точки зрения достижения добросовестной конкуренции, экономического эффекта и минимизации злоупотреблений, но эта форма не может быть использована тогда, когда требуется субъективный подход заказчика к определению победителя в творческой сфере (например, НИОКР, обучение, проведение экспертизы или проектирование). Когда мы говорим о том, что надо напечатать или поставить книгу определенного автора, сложно отнести данный контракт к разряду творческих. Поэтому в данной сфере и введены аукционы. И на мой взгляд, это вполне обоснованно.
    Критерий определения того, какие госзакупки нужно проводить через аукционы, а какие нет,  очень простой. Если заранее можно определить требования по качеству, то это аукцион. Если нельзя, то – конкурс. В 80% случаев требования по качеству можно установить изначально, а значит, и 80% торгов должны осуществляться путем проведения аукционов.
    Я думаю, что прежде чем критиковать закон, многим заказчикам необходимо обратить внимание на то, все ли возможности, заложенные в законе, они использовали для того, чтобы получить качественный товар, работу, услугу. А возможности такие в законе есть (обязательность предоставления финансового обеспечения обязательств, установление требований к товару, работе или услуге в документации торгов, поэтапная приемка и оплата контракта и т.д.). 
    Многие проблемы, о которых говорят заказчики, обоснованны, но проистекают не из 94-ФЗ, а из несовершенства бюджетного законодательства (например, проблема доведения лимитов бюджетных обязательств), отсталых отраслевых норм и правил, некачественного планирования размещения госзаказа. Но это не значит, что мы должны вернуть 94-ФЗ к устаревшим нормам. И правила, и качество организации процесса надо привести в соответствие с сегодняшним днем. 
Многое упирается в профессионализм людей, занимающихся госзаказом. Профессионализма очень часто не хватает. Особенно в части выставления требований к товарам, работам и услугам. Это один из наиболее ключевых вопросов. Мы рассчитываем, что в дальнейшем появятся типовые спецификации, которые будут разработаны федеральными ведомствами, а также на уровне регионов, с тем, чтобы заказчики не ломали голову, какие требования им предъявить по той или иной продукции или услугам, а чтобы были установлены определенные типовые стандарты качества. Это процесс непростой, но в любом случае мы к этому придем, так как другого пути просто нет.
    В то же время, важно отметить необходимость централизации функции по размещению заказов на всех уровнях власти – только таким образом можно добиться сосредоточения профессиональных кадров как в товароведении, так и в законодательстве о размещении заказов. Не должна каждая школа, библиотека, поликлиника или больница выступать самостоятельным заказчиком на суммы свыше 100 тыс. рублей. Надо поставить товар в 10 библиотек – проходят централизованные торги с указанием 10 мест поставки, и библиотека занимается лишь тем, что по доверенности принимает товар по качеству от имени заказчика.
    В настоящее время в Правительстве обсуждается предложение сделать федеральные министерства уполномоченными органами для своей подведомственной сети. Это означает, что, например, библиотеки будут направлять свои заявки в Министерство, а оно будет непосредственно проводить торги. И тогда у библиотек отпадут все головные боли, связанные с проведением процедур по закону о размещении заказов, которыми библиотеки и не должны заниматься в принципе. Практически единственный реальный способ нормализовать жизнь библиотек – избавить их от несвойственной им функции. 

Уже не первый год библиотечная и издательская общественность пытается добиться выведения книги из понятия «одноименный товар». К сожалению,  пока безуспешно. Где же здесь логика, когда букварь и книга по нанотехнологиям являются одноименными? Они аналогичны по своим функциональным характеристикам, но никак не взаимозаменяемы. Можно ли это учесть при утверждении «Номенклатуры товаров, работ и услуг для государственных и муниципальных нужд для целей определения одноименности товаров, работ, услуг»?

Могу сказать, что, по одноименности вектор будет направлен на увеличение конкурентных процедур, а не на уход от них, т.е. на укрупнение номенклатуры. Например, вся книжная продукция должна быть, конечно, одноименной. И дело не в словах, одно имя или не одно. Если смущает одно имя, значит, надо поправить в законе и написать группы, вот и все. Дело не в одном имени, а в функциональном предназначении. 
Номенклатура делается  исходя из того, какую цель мы хотим достичь. Мы должны стремиться не к тому, чтобы уходить от процедуры размещения государственного муниципального заказа, а к развитию конкурентных процедур. Конечно, книги должны быть одной группой. А когда мы с вами долго обсуждаем вопрос, как уйти от той или иной процедуры, это совсем не то, честно говоря, на что направлена реформа размещения заказа. И я могу сказать, что у нас разная ситуация в субъектах Российской Федерации. Например, меня очень серьезно в свое время удивил пример Алтайского края, когда они сказали, что у них самостоятельно разместить заказ даже до 100 тыс. рублей может не каждый заказчик, потому что существуют определенные правила, когда это нужно делать при помощи конкурентных процедур. Этого требования нет в законе, а субъект Российской Федерации принял такое решение, потому что он понимает, что конкуренция и торги – это благо, а не что-то плохое, от чего надо избавиться тем или иным образом.

Где участник может обжаловать результаты аукционов? 

    В соответствии с приказом  ФАС России от 23.12.2009 № 863 осуществление проверок и рассмотрение жалоб на действия (бездействие) оператора электронной площадки осуществляет исключительно центральный аппарат Федеральной антимонопольной службы. 
Территориальные управления ФАС России могут проводить проверки или рассматривать жалобы только в отношении заказчиков, но не площадок.
Также надо обратить внимание, что жалобы на электронные аукционы могут рассматриваться исключительно в федеральных контролирующих органах.
Надо сказать, что количество жалоб существенно растет. Если посмотреть в динамике, то в 2006 г. было зарегистрировано 2400 жалоб, в 2007 г. – 10 тыс., в 2008 г. – 14 тыс., в 2009 – поступило уже 27,5 тыс. жалоб. При том, что количество обоснованных жалоб составляет около 50%. 
При этом количество жалоб растет не потому, что стало больше нарушений, а потому, что предприниматели увидели: появился эффективный механизм защиты их прав и стали им пользоваться. Но в то же время мы видим, что появилось и злоупотребление своим правом со стороны некоторых предпринимателей, которые обжалуют любые действия заказчиков вне зависимости от наличия нарушений закона. Поэтому мы предполагаем вводить плату за подачу необоснованных жалоб. Если жалоба признана обоснованной платы не будет.

Какие были основные нарушения?

Если говорить о нарушениях, с которыми мы чаще всего сталкиваемся, это выставление дополнительных требований к участникам заказа, необоснованный отказ в допуске к участию в торгах и проведение конкурса вместо аукциона.
Так же хотелось бы обратить внимание на разъяснения, разработанные совместно ФАС и Минэкономразвития, они опубликованы 20 августа на сайтах www.fas.gov.ru (в левой колонке «контроль за размещением госзаказа») и www.zakupki.gov.ru и направлены всем руководителям федеральных органов исполнительной власти, губернаторам, руководителям муниципальных органов власти. Приведу один пример. Очень часто случаются ситуации, когда заказчики не устанавливают в документации требования о необходимости декларирования, что компания не находится в состоянии ликвидации, банкротства и т.д. непосредственно в форме заявки. Предприниматели заполняют форму заявки, но не декларируют этот факт, поскольку форма этого не содержала, в результате происходит отказ в допуске, и количество жалоб от предпринимателей в этой связи очень большое. Чтобы четко урегулировать данную ситуацию, мы выпустили специальные разъяснения, а в будущем планируем, что это станет нормой Федерального закона № 94-ФЗ.
Надеюсь, наступит такое время, когда не надо будет давать разъяснений, а все нормы будут четко прописаны в федеральном законе. Но пока это время не наступило, обращаю внимание, что обязательно в той форме, которую заказчик устанавливает для подачи заявки, должен быть пункт о необходимости декларирования, что компания не находится в стадии ликвидации, банкротства и т.д. 
При этом есть свои особенности по декларированию крупной сделки – этой декларации требовать в принципе нельзя. Если участник подал заявку и не продекларировал, что сделка для него крупная, следовательно, она априори к таким не относится. Но лучше всего внимательно прочитать разъяснения на сайте.
Некоторое время назад широкую огласку получило явление, получившее название «использование латиницы», когда заказ размещался с намеренными искажениями в названии лота. Эта проблема решается двумя путями: во-первых, на системном уровне – ведется доработка официального портала, чтобы на нем невозможно было разместить заказ с искажениями знаков в названии лота. В тех случаях, когда это все-таки произошло, эта информация автоматически поступает к нам, в контролирующий орган, и мы проводим специальные проверки. Второе направление – это уже работа непосредственно контролирующего органа. Было выявлено в общей сложности около 2 тыс. подобных фактов. В случае, когда контракт еще не был заключен, были отменены итоги торгов, применены административные санкции в виде штрафов, направлены письма руководителям органов власти, в ведении которых находились учреждения, с требованием привлечь к ответственности должностных лиц, в т.ч. рассмотреть вопрос о занимаемой должности, и во многих случаях это произошло. В тех ситуациях, когда это носило не разовый, а постоянный характер, мы передали дела в правоохранительные органы, в частности, в Генпрокуратуру, для рассмотрения вопроса о возбуждения уголовных дел. Мы считаем, что эти факты необходимо рассматривать как мошенничество, что уже подпадает не под административное правонарушение, а уголовное. Мы в постоянном режиме отслеживаем все подобные ситуации и надо отметить, что после проведения массовой проверки количество таких случаев резко снизилось.

Есть ли какой-нибудь зарубежный опыт по такому масштабному переходу на электронные торги? Рассчитана ли эффективность этого процесса?

У реформы, которая сейчас проводится в России, нет аналогов в мире, ее неоткуда скопировать – ни у европейских стран, ни у США. Мы действительно сейчас идем впереди, и законодательное регулирование системы госзаказа в России было разработано именно с учетом специфики нашей страны. Из письма МИД РФ, полученного в связи с сообщением Министерства о ходе обсуждения планов перехода на электронные аукционы в сфере госзаказа в Европейском союзе, следует, что главная причина, по которой в Европе это не получается реализовать, является наличие  административной предквалификации (возможности выставления чиновниками произвольных требований к участникам торгов). 
        В нашей стране административная предквалификация заменена на экономическую – финансовое обеспечение. 
Необходимо отметить, что действовавшее до 1 января 2006 года законодательство в сфере государственного и муниципального заказа предоставляло практически неограниченные возможности для злоупотреблений путем размещения заказов у «аффилированных» хозяйствующих субъектов. И поэтому никаких проблем у госзаказчиков и не было – «делай, что хочешь, работай, с кем хочешь». Во-многом это основывалось на различных «научных исследованиях» и «теоретических изысканиях», многие из которых слышны и сейчас. Например, предложение о том, чтобы допускать только тех участников, у которых хорошая репутация. При этом совершенно очевидно, что это означает абсолютно произвольный допуск компании к участию в торгах со всеми вытекающими отсюда последствиями. Но это никого не смущает, и со ссылками на зарубежный опыт подобные «научные» предложения продолжают постоянно поступать. 
         Думаю, что неэффективность и коррупционность системы госзаказа, существовавшей до 2006 года и нахождение нашей страны в рейтинге коррупции на 144 из 159 возможных мест с лихвой доказало несостоятельность подобных теорий.

В совокупности с введением с 1 января 2011 года единого общероссийского портала, на котором будет размещаться вся информация о государственном и муниципальном заказе в нашей стране, это даст мощнейший эффект – до 1 трлн рублей экономии ежегодно. Это примерно 20% от общего объема расходов на госзакупки. При этом это только бюджетный эффект, а главные результаты, конечно, будут в развитии конкуренции, создании единого экономического пространства, борьбе с коррупцией, повышении организации и качества размещаемого заказа в целом.
При этом дополнительным эффектом будет являться быстрый и неизбежный переход на электронные технологии всей страны, до самого далекого муниципального образования.
Уверен, что мы движемся в правильном направлении к нормальной конкуренции в сфере государственного заказа. И, в первую очередь, это вопрос правил. Конечно, какие-то лазейки найдутся. И электронные аукционы породят электронные злоупотребления. Но выявленные лазейки будут закрыты законодательно, да и сейчас их становится уже меньше. Плюс к этому, должен быть жесткий контроль за действиями электронных площадок, заказчиков и предпринимателей.
Никто же не ожидает, что на следующее утро после введения электронных аукционов все сразу станет хорошо. Это большой путь, который надо пройти. Вопрос только в том, идем мы вперед или нет.


Беседовала Елена Бейлина

Scroll Up